Летучая мышь в Белом доме


Журналист Мэлор Стуруа — о том, почему Обама не стал своим для «всех американцев»

Фото: Екатерина Штукина

На холмах Капитолия лежит ночная мгла. Шумит Потомак предо мною. Одним — демократам — грустно, другим — республиканцам — светло. Последние уверенно победили на промежуточных выборах 2014 года. Они увеличили свое большинство в палате представителей конгресса США до уровня невиданного со времен президента Трумэна, а главное — захватили сенат. Отныне Капитолийский холм стал полностью республиканским, законодательная власть полностью перешла в руки партии «слона». Партия «осла» осталась с носом, вернее, с ушами, заложенными ватой.

Читатели любят подшучивать над нами, комментаторами, дескать, перед выборами мы робко гадаем, кто победит, а вот после выборов, когда к нашим услугам вся статистика, мы уверенно разъясняем что к чему. Но это не совсем так, точнее, совсем не так. Предсказывать много легче, чем анализировать. В первом случае твои шансы 50 на 50, то есть «фифти-фифти», во втором статистика превращается в Ивана Сусанина, который заводит тебя в непролазные дебри размышлений, где принцип «фифти-фифти» уже не служит ариадниной нитью.

Нельзя объять необъятное. Поэтому я позволю себе ограничиться анализом выборов-2014 как референдума по поводу шестилетия президентства Барака Обамы. Это тем более оправдано, что Америка в результате выборов получила классическую схему разделения властей. Белый дом — исполнительная власть — остался в руках демократов, а конгресс — законодательная власть — стал безраздельной вотчиной республиканцев. Казалось бы, ясно как божий день. Ан нет. Возникает почти гамлетовский вопрос: в руках каких демократов остался Белый дом, тех, что привели Обаму к власти (молодежь, женщины, расовые и национальные меньшинства), или тех — центристов, которые хотят заменить «хромую утку» Барака Обаму «мудрым лебедем» Хиллари Клинтон? Тот же самый вопрос возникает и при виде стада «слонов», топчущих Капитолийский холм. У них у всех есть хоботы, но трубят они отнюдь не в унисон. Одни трубят полонез истеблишмента, другие — молодняк из «партии чаевников» — металлический рок.

Кто из них возьмет верх? Ответ на этот вопрос куда важнее, чем все другие в политической жизни Америки, ибо дело не столько в том, кто победил на выборах-2014, сколько в том, кто выиграет выборы-2016. Оставшиеся до них 2 года будут параличом в ежедневной политической жизни страны, вызванным равновесием между Белым домом и конгрессом, аннигилирующими друг друга, и одновременно беспощадной схваткой за президентскую власть. Неслучайно промежуточные выборы-2014 стали самыми дорогими в этой категории за всё время существования страны. Инвестировали в будущего президента, а не в нынешних законодателей и губернаторов.

Итак выборы как референдум о правлении Обамы. Сам Обама так не считает. Он сравнивает себя с игроком баскетбольной команды, который весь матч просидел в полной форме на скамейке запасных, но на поле так и не вышел. В определенной степени такой портрет соответствует оригиналу. Участие Обамы в выборах-2014 было на редкость пассивным. Многие кандидаты-демократы просили его держаться вдали от них, чтобы он не сыграл роль камня, привязанного к и без того идущему на дно пловцу. Американский избиратель, как и любой другой избиратель, включая российского, склонен все грехи и успехи страны валить на главу государства, а не на законодательствующих «стрелочников».

Обама пришел в Белый дом с программой, которую можно охарактеризовать в двух словах — Надежда и Перемены, или Надежда на Перемены. Его первые шаги напоминали знаменитые ленинские декреты — «О мире», «О земле» и так далее. Он обещал прекратить войны в Афганистане и Ираке и вернуть богатства страны, заграбастанные 1% или даже 0,1% олигархов у 99% ее населения. Именно на этой платформе сложилась коалиция, которая дважды привела этого черного человека в Белый дом (2008 и 2012 годы) с большинством, не виданным после президента Эйзенхауера.

Однако, оказавшись в Белом доме, Обама сознательно стал пытаться вести себя как «обычный», то есть белый президент, сочтя ниже своего достоинства «разыгрывать» карту экзотики. Он даже стал еще короче стричь свои волосы, чтобы буйная курчавая шевелюра не подчеркивала его подлинное происхождение. Но, подстригая волосы, он оказался вынужденным подстригать и провозглашенные им надежды на перемены. Войны в Ираке и Афганистане завершились лишь формально. Дело не только в том, что американцы, уходя, остаются. Дело и в том, что, уходя из Афганистана, они вновь открыли путь талибам, а уходя из Ирака, открыли путь исламским террористам, помешанным на идее создания нового Халифата.

Даже тюрьму в Гуантанамо Обама не смог ликвидировать. Зато другое наследие президента Буша такое как пытки, как rendition — передача преступников в руки иностранных государств и, наконец, всепроникающая и всеохватывающая слежка, осуществляемая Агентством национальной безопасности США и разоблаченная Сноуденом, расцвели при Обаме пышным цветом.

Затем возникли еще две болезненные и уязвимые точки — Эбола и Украина. Разумеется, не сам Обама занес бактерии Эболы в США и не он лично дал старт гражданской войне на Украине. Более того, вопреки мнению большинства российских наблюдателей и аналитиков, я считаю, что на Украине Обама сыграл скорее роль тормоза, чем акселератора. Будь на месте Обамы его бывший соперник сенатор Маккейн или его нынешний победитель сенатор Митч Макконнелл из штата Кентукки, ставший после прошедших промежуточных выборов лидером сенатского (республиканского) большинства, то Киев получал бы вместо одеял танки и вместо стандартных завтраков-обедов дальнобойную артиллерию, гражданская война стала бы еще более кровопролитной.

В области экономики у Обамы есть определенные достижения. Выход из кризиса 2008 года оказался достаточно успешным, во всяком случае мягче, чем в Европе. Безработица упала ниже 6%. Цены на бензин — ниже $3. ВВП увеличился более чем на 3%. Обаме удалось воплотить в жизнь идею страхового здравоохранения. Но крестовый поход против олигархов захлебнулся. Ни один виновник кризиса не предстал перед Фемидой. Была сочинена формула о том, что большие банки слишком большие, чтобы банкротится. Налоги на корпорации не повысились. Проблема иммиграции осталась нерешенной. Движение негритянского народа к равенству затормозилось.

Это последнее обстоятельство стало знаковым. Желая выглядеть президентом «всех американцев», Обама начал подчеркнуто объективно относиться к «своим». Этим он так и не заслужил титул президента «всех американцев», зато оттолкнул «своих». Так Обама оказался в состоянии летучей мыши, которую мыши перестали считать своей, а птицы так и не приняли ее за равную. Поэтому вполне естественно, что на выборах-2014 как референдуме по Обаме «птицы» прочирикали против, «мыши» не пришли на подмогу, хотя их массированное голосование могло сохранить сенатское большинство за демократами.

И вот вам результат. На последних промежуточных выборах 6 из 10 голосовавших выразили негативные чувства к администрации Обамы. Из 5 голосовавших 3 голосовали, чтобы сказать «нет» лично Обаме и лишь 2, чтобы сказать «да». 7 из 10 выразили пессимизм по поводу экономики на нынешнем этапе, и 8 из 10 по поводу ее будущего. Эти цифры больно ранили Обаму. Как говорит конгрессмен Адам Кинцингер из родного штата Обамы Иллинойса, «президент чувствует себя так, словно его обожгли». Вернее было бы сказать — возвели на костер.

Придя в Белый дом как президент «всех американцев», Обама вознамерился проводить традиционную двухпартийную политику. Это было хуже иллюзий. О какой двухпартийной политике могла идти речь, когда республиканский истеблишмент рассматривал Обаму как узурпатора, родившегося в Кении, а посему не имевшего конституционного права занимать пост президента США? О какой двухпартийной политике могла идти речь, когда республиканцы сравнивали Обаму с социалистом и даже с коммунистом, с «черной пантерой» и вообще с исчадием ада? Вся внешняя и внутренняя политика республиканцев сводилась к тому, чтобы голосовать против любых законопроектов, исходивших из Белого дома. Это была стратегия почти полного бойкота. Бродский как-то сказал, что он уже по определению против всего, что по душе Евтушенко. «Если я узнаю, что он против колхозов, то я буду за колхозы», — пошутил Бродский. Так вот, республиканцы заняли такую же позицию в отношении Обамы. В результате в Вашингтоне возник тупик, паралич — «гридлок». Всё оказалось в подвешенном состоянии к всеобщему возмущению страны.

И вот выборы прошли, но «гридлок» остался. Как поступит в этой ситуации Обама? «Он станет агрессивным», — цитирует газета The New-York Times слова одного влиятельного члена команды Белого дома, который предпочел остаться анонимным. По мнению этого анонима, его боссу, ставшему «хромой уткой» уже нечего терять, а посему он может позволить себе роскошь хлопнуть дверью напоследок и раздать всем республиканским сестрам по серьгам. Потеряв голову, по волосам, тем более курчавым, негритянским, не плачут.

Но для этого летучая мышь должна совершить обратную метаморфозу и снова превратиться в мышь. Готов ли Обама на это? Судя по интервью, которое дал телеканалу CNN вице-президент Джо Байден, Обама готов. «Мы будем действовать прямо и ясно», — сказал вице. По словам политического директора Белого дома Дэвида Саймаса, Обама, державший на людях язык за зубами, в кругу близких бушевал, ибо как признавал он сам: «Моего имени не было в бюллетенях, но моя политика была».

Еще задолго до выборов-2014 Обама говорил, что многие выношенные им законопроекты не смогут миновать республиканского чистилища на Капитолии. Президент имел в виду такие проекты, как создание расширенной сети детских яслей, налоги на корпорации, проекты относительно торговли, инфраструктур и некоторые другие.
Республиканцы еще до выборов-2014 не давали этим проектам ходу. Вряд ли после победы они станут более сговорчивыми, в особенности консерваторы, вроде Теда Круза, метящего в президенты.

Президент Обама в сложившейся ситуации может стать мышью, которая залезет на оставшиеся 2 года в свою  нору, смирившись с неизбежным. Но он может превратиться и в боевую мышь, которая воспользуется своими законопроектами как тараном, чтобы пробить республиканский конгресс. Нет, я имею в виду не его законопроекты. Их он в конгрессе не пробьет. Но, выдвигая их, борясь за них, Обама сможет разрушить единство республиканских рядов и показать избирателю весь негативизм их политики. Анита Дюнн, бывшая советница Обамы в Белом доме, вполне справедливо замечает, что прошедшие выборы были негативными не только для президента, но и для лидеров партии «слона». Не надо забывать, что, как ни низок рейтинг Обамы, колеблющийся вокруг цифры 40, рейтинг конгресса еще ниже.

Не стоит забывать и того, что раненое существо, даже хромая утка, может стать очень опасным зверем.



Источник